24 декабря 2015

Интервью Михаила Глубоковского журналу «GEO» о создании морских заповедников в Южном океане

Интервью Михаила Глубоковского журналу «GEO» о создании морских заповедников в Южном океане

«Дело принципа»

Почему Россия последовательно блокирует международные инициативы по созданию морских заповедников в Южном океане? Михаил Глубоковский, представитель Российской Федерации в международной Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики, поясняет: для такого серьезного шага нужны очень весомые основания. А полное закрытие региона для научных исследований и промысла может превратить ценный объект природы в пустое «белое пятно» на карте.

О создании морских охраняемых районов (МОР) в Антарктике впервые заговорили в 2007 году, в ходе 30-го ежегодного Консультативного совещания по Договору об Антарктике, подписанного еще в 1959-м. Этот договор обеспечивает использование антарктических территорий в интересах всего человечества. На том совещании договорились о том, что морские охраняемые районы в Антарктике должны создаваться на основе научных данных по биоразнообразию и биогеографическому районированию вод Южного океана — разделению на отдельные регионы, каждый из которых характеризуется определенным составом растительного и животного мира. Руководить этими процессами было поручено Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики (АНТКОМ) — международной организации со штаб-квартирой в Австралии.

В 2009 году АНТКОМ принял первый и до настоящего время единственный морской охраняемый район за пределами исключительных экономических зон прибрежных государств. Им стал предложенный Великобританией МОР площадью свыше 93 тысяч квадратных километров к югу от Южных Оркнейских островов. В следующем 2010-м на сессии АНТКОМ были предложены проекты сразу нескольких МОР, в том числе проекты МОР в море Росса США и Новой Зеландии, но до сих пор ни один из них не был принят. Уже тогда стало очевидно, что требуется документально закрепить основные положения, критерии и правила организации МОР в Антарктике. Одним из главных оппонентов предложенных проектов стала делегация России. Нас обвиняли в открытом противодействии созданию морских охраняемых районов в Антарктике. Но мы не против таких заповедников в принципе. Просто у нас есть свой взгляд на то, как они должны создаваться.

Во-первых, мы считаем, что система охраняемых районов в Антарктике должна создаваться на основе научных данных по биоразнообразию, биогеографическому районированию и функционированию морских экосистем Южного океана. Чтобы получить эти данные, нужны масштабные исследования по выявлению районов, которые мало затронуты воздействием человека. Надо составить подробные карты этих территорий, обобщить научные данные и только потом уже говорить о создании заповедников. А наши партнеры предлагают как можно скорее закрыть на длительные сроки (50 лет и более) огромные по площади акватории для какой-либо деятельности, не определив конкретно ни цели сохранения, ни процедуры осуществления контроля за исполнением охранного режима, ни планы мониторинга и исследований охраняемых районов.

Во-вторых, создание охраняемых районов в морях Антарктики должно соответствовать цели Конвенции АНТКОМ, определенной как «сохранение морских живых ресурсов Антарктики, включая их рациональное использование». Поэтому выделяемые районы не должны поглощать основные районы промысла водных биоресурсов в Южном океане. Море Росса — это район, где Россия ведет достаточно интенсивный промысел клыкача — ценной промысловой рыбы, дальнего «родственника» окуня. Создание МОР в их нынешнем виде — это попытки некоторых наших партнеров по АНТКОМ, прежде всего Австралии и Новой Зеландии, под «зеленой» темой вытеснить российских рыбаков из моря Росса. Российские объемы промысла в этом районе не критически велики, но российское присутствие на промыслах в Антарктике имеет для нашей страны принципиальный характер, и мы не видим научных оснований закрывать для промысла значительную часть акватории моря Росса.

Для нас принципиально важно, чтобы ограничения деятельности в пределах морских охраняемых районов не распространялись на суда, обеспечивающие национальные антарктические программы, а также на научно-исследовательские корабли, проводящие океанографические, геофизические, гидробиологические и гидрографические исследования. В охраняемых районах должны проводиться постоянные научные наблюдения. В последние десятилетия основной объем научных данных о морских живых ресурсах Антарктики поступает с промысловых судов, а значит, этот план обязательно должен предусматривать ведение в этих районах ограниченного экспериментального промысла в научно-исследовательских целях.

Результаты исполнения планов исследований и мониторинга заповедного района должны не реже, чем раз в пять лет рассматриваться на Научном Комитете АНТКОМ. По итогам такого рассмотрения Комиссия должна иметь возможность принимать решения о пересмотре границ, природоохранного статуса. Каждый район должен браться под охрану не бессрочно, а на определенный период, по окончании которого ученое сообщество будет принимать решение о целесообразности продления срока действия его статуса. При этом срок должен устанавливаться таким образом, чтобы поколение ученых и экспертов, разрабатывавших проект данного заповедника, успело увидеть плоды своей деятельности.

Без международной кооперации в вопросах научных исследований в Южном океане установление охранных территорий не только будет мешать научной работе, но даже может привести к образованию океанических «белых пятен», оставшихся без научного промысла, изучения и наблюдения. И тогда результаты создания этих заповедников окажутся противоположны заявленным целям. Примером такого «белого пятна» может служить как раз тот самый первый морской охраняемый район, созданный в 2009 году в районе Южных Оркнейских островов. По истечении четырех лет Научный комитет АНТКОМ так и не услышал отчета о результатах мониторинга и управления данной территорией. При этом реальные научные исследования у Оркнейских островов в этот же период были проведены Россией, и выполнены они были на борту промыслового судна. Заповедники в морях Антарктики должны создаваться в строгом соответствии с действующим международным правом. Нельзя допускать, чтобы их создание серьезно влияло на транспортное судоходство и выполнение океанографических, гидрографических и геофизических исследований.

Кроме того, границы заповедников не должны оказывать влияния на безопасность деятельности прибрежных антарктических станций, принадлежащих странам — сторонам Договора об Антарктике. Россия настаивает на том, чтобы принципы создания морских охраняемых районов были в обязательном порядке согласованы с Международной Морской организацией и странами, имеющими отношение к Договору об Антарктике. Именно в этом заключается наша принципиальная позиция. Мы не возражаем против создания морских заповедников в Антарктике, но настаиваем на их полном соответствии исходным целям и задачам.

Михаил Глубоковский

Директор Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии, представитель Российской Федерации в международной Комиссии АНТКОМ, доктор биологических наук, профессор кафедры ихтиологии биологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова.